Баяндин А. Сто дней, сто ночей. Отчаянная.
Девушки нашего полка


Нотик лохотрон id295586374 шкуры. Как меня чуть не обули история очередного лохотрона.

Сто дней, сто ночей МЫ ОТСТУПАЕМ ПО ВЫЖЖЕННОЙ СОЛНЦЕМ степи. Далеко на востоке, у самого горизонта, плавает бурая туча. Семушкин говорит, что там Сталинград. Я ему верю, верю во всем, даже в мелочах. Если сложить мои лета и Подюкова, то почти получится возраст дяди Никиты: так зовут нашего старшего товарища — Семушкина.

    Куда ты прешь, ослеп, что ли?

    Ратуйте, родимые-е!

Мы бредем, тяжело передвигая ноги.

— И в это тяжелое время вы, товарищ Федосов, приняты в ряды нашей партии. Будьте же достойны этого звания! — доносится до нас голос комиссара.

Мы сбрасываем с плеч мешки и облегченно вздыхаем. Старшина откидывает плащ-палатку и заходит в блиндаж.

   Товарищи, — слышится голос нашего лейтенанта,— товарищи... — Он волнуется. — Я... что бы ни случилось, постараюсь... в общем буду... заверяю вас, товарищи, носить звание большевика с честью, с достоинством и не уроню...

   Хорошо, лейтенант. Это вы докажете своими боевыми делами. А теперь давайте кончать наше собрание, — опять говорит комиссар. — Скоро рассвет.

Я его видел днем, когда уходил на задание. Это был новый человек в нашем батальоне. Он показался мне умным и храбрым. Седые волосы и «Красная Звезда» над нагрудным кармашком его зеленой шерстяной гимнастерки говорили о многом. Фамилии комиссара я не знал.

Плащ-палатка, она же дверь, снова откидывается. Из землянки, которая подковой вкопана в берег, выходят коммунисты. Они быстро и бесшумно расходятся.

— А вот и Быков, — выходя, говорит комбат. — Знаешь, товарищ старшина, он ведь со своим другом танк подбил. Рассказывал, надеюсь?

   Нет, не рассказывал, товарищ капитан, другое говорил.

   А что же такое другое?

— Пустяки, так... один случай, — мямлю я.

   Ну, ну. Значит, справился с заданием?

   Справился, товарищ капитан.

   А как спорт, пригодился?

   В самый раз!

— Ну, ладно, — посасывая изогнутый чубук трубки, говорит капитан. — Продукты занесете сюда, — он машет рукой в другую дверь землянки,— и отправляйтесь обратно. Пора, скоро будет светать. А вы, товарищ Быков, идите ужинайте. Проголодались, наверно?

  

 

Пермь: Пермское книжное издательство, 1966.